Татули Долидзе

 (материалы взяты из музея театра им. Ш.Руставели)

Счстье... (Лали Бурбуташвили)

Это счастье, когда женщина красивая, еще большее счастье, когда вы обнаруживаете, что она еще и красива душой. Когда эта женщина одаренная и трудолюбивая... Когда потомок большой и хорошей семьи... Когда ты актриса театра им. Ш.Руставели и тебе дается возможность сыграть главные роли в спектаклях Роберта Стуруа и Темура Чхеидзе... Когда в наилучшем спектакле «Кавказский меловой круг» играешь роль Груше... Когда тебе, красавице, предоставляется возможность сыграть в спектакле Стуруа «Человек ли он?!» роль Дареджан и суметь удивить зрителя... Когда твой спутник по жизни и партнер по сцене – многогранно талантливый Жанри Лолашвили... Когда не стыдно оглянуться назад, достойно преодолеешь «театральные вихри» и не потеряешь детское очарование, романтичность и не потеряешь способность и желание поиска нового...

                                                     

   Завуалированная красота (Портрет с юмористическими штрихами /Театральный Вестник N4 1980г. Мераб Гегия)

При попадании в Театральный институт, при помощи каких-то «махинаций», сразу же попала в центр внимания. Почти неожиданно проявила способность исполнять характерные роли, чем и проявила склонность обнаруживать в людях, в первую очередь недостатки. Это проявилось, когда она исполнила роль Агафьи Тихоновой в «Женитьбе» Гоголя.

Как только послышался ее голос, в зале наступила гробовая тшина.Когда на сцене появилась привлекательная Агафь Тихонова, я понял, что она собералась предать традиции, так она непосредственно себя вела. Она использовала столько краск, что я чувствовал себя не в зрительном зале, а у нее дома. Это ж должен человек родиться таким лицемерным! Когда я смотрел на нее, то мне хотелось то плакать, то смеятся. Одним словом, как она хотела, так она мною и «вертела». В одном месте из нее вылился такой темперамент, что я удостоверился – никому не выгодно быть с ней лицом к лицу. На протяжении всего спектакля она напевала какую-то мелодию, чем хотела нас заверить, что у нее абсолютный слух.

В сцене встречи с женихом, она так искореживалась, так часто меняла мимику, что в зале начался гомерический хохот. Смеялись все, кроме меня. Да и как я мог засмеяться, когда я видел, насколько беспощадно она смеялась над своей героиней. Одним словом, то, что я увидел тем вечером, я бы никогда не смог забыть, как бы ни хоетелось.

И неудивительно, что сразу же после окончания института, она стала актрисой театра им. Ш.Руставели. Что трудно для этого человека? И это еще что, сразу же, как она пришла в театр, обратила на себя внимание и стала исполнять ни одну и ни две главных роли. Правда, в хорошо известной нам «Женской ноше» Михаила Джавахишвили, заполучить главную роль до конца ей так и не удалось (она была встречена не меньшей силой, в лице Марины Джанашия), но та половина, которую она олицетворяла, останется мечтой для многих, на протяжении долгих лет.

Теперь вопрос – как ей удалось сыграть Груше Вачнадзе в «Кавказском меловом круге» Бертольда Брехта? Тут же хочу напомнить вам следующее: эту роль исполняла Иза Гигошвили. Не буду ничего говорить о том, что местные критики посвятили ей возвышенные рецензии. А иностранные критики назвали ее виртуозной. Представьте себе, у Татули Долидзе получилось совершить невозможное – она заменила Изу Гигошвили в этой роли. Думаю, этот факт не нуждается в комментарии.

Далее ее «жадность» превысила все ожидания. В одном спектакле она заполучила две роли, в очень хорошо известном нам спектакле «Роль для начинающей актрисы» Т.Чиладзе. Зачем она сыграла эту роль? Затем, чтоб доказать – якобы и в нашей реальности молодая женщина может дойти до отчаяния и закончить жизнь самоубийством.

Тамара Долидзе, та же Татаули, так сблизила этот запутанный персонаж с нашей реальностью, чтоб в конце концов зритель смог понять, что хотел сказать автор. Ее «лицемерие» приняло новое направление. Не проронила ни слезинки, ни с кем не ругалась, ни разу не жаловалась. Напрямую попала в петлю.

 

Везучая актриса („Тбилиси“ N57. 7/III-1980г. С.Чиева)

При выборе актера на роль, режиссер нуждается в понимании пьесы, труппы и собственных сил. За ошибку при выборе актера, часто приходится очень часто платить: это означает провал спектакля. Режиссер театра им. Ш.Руставели Роберт Стуруа пригласил на главную роль в своем спектакле «Роль для начинающей актрисы» молодую актрису Татули Долидзе, т.к. считал, что культура исполнения умноженная на трудолюбие давала возможность  создать сложное психологическое лицо. Режиссер не ошибся. Актриса создала нашу молодой, современный, светлый и впечатляющий образ. Характер героини пьесы очень похож на характер самой Татули. Она такая же веселая, полная оптимизма и вместе с этим грандиозная и страстная.

Шесть лет назад, выпускница Театрального Института, в одном их новогодних интервью раскрыла свою мечту, сказала, что хотела бы со сцены ознакомить зрителя с нашим современником – работником с высоким нравственным идеалом, величием и глубиной характера... и, чуть задумавшись, тут же добавила: по моему мнению, в искусстве невозможно представить себе везение без счастливого стечения обстоятельств. Судьба улыбнулась Татули: сразу после окончания института ее приняли в труппу известного Театра им. Ш.Руставели. Улыбнулась и тогда, когда режиссер Т.Чхеидзе предложил ей роль в спектакле «Чужой человек», по пьесе И.Дворецкого. Вскоре же зритель увидел ее в роли Кето в спектакле «Женская ноша» М.Джавахишвили, Гаиане в «Измене» Сумбаташвили-Южина, Аделу в «Доме Бернарды Альбы» Г.Лорки и наконец Груше в «Кавказском меловом круге». Образ Груше, созданный актрисой, заслужил одобрение критиков и зрителя, как в нашей Республике, так и на фестивале Эдинбурга во время гастролей в Шотландии.

В образе каждого из этих героев сочетается драматизм и духовная сила, женская нежность и настрой. В каждом образе, созданном молодой актрисой, чувствуется очарование Татаули Долидзе, артистизм и, что самое главное способность понимания зрителя, партнера. Актриса принадлежит к тому ряду творцов, которые находятся в постоянном поиске.

На вопрос, что, на ее взгляд, является главным в творчестве актера, Татули ответила – искренность и доброта – они обязательны для каждого творца. Моя главная задача работы и следовательно жизни,  как актрисы, всем моим творчеством установить веру силы доброты. 

Театр, в котором она работает, учит ее не только мастерству, но и огромной ответственности перед зрителем. Именно поэтому актриса ценит и восторженные аплодисменты зала, и письма, которыми зрители благодарят актрису за счастливые минуты встреч с незабываемыми образами.

Молодая актриса, кроме своего уважаемого дела, увлекается музыкой, живописью и поэзией.  

  

Перевод – Ани Чибошвили

Read More →

ГУРАМ САГАРАДЗЕ

Из  архивных материалов музея театра им. Ш.Руставели:

 «Театральный вестник» №1. 1989г

Автор статьи – Майя Кобахидзе
                                                        

                                                             Лицом к лицу со зрителем

Особенности творчества Гурама Сагарадзе, видимо можно определить в нескольких словах – он представляется нам, как острый мастер сценического портрета, который великолепно лепит внешний рисунок художественного лица и, в то же время, дает своему герою объем и множество измерений.

Гурам Сагарадзе относится к числу тех творцов, чья сценическая жизнь вечно обновляется и этот процесс полон интуиции, строгих моральных и художественных ориентиров. Его речь, переданная через сценическое лицо, неожиданно живописная, всегда занимательная, часто неожиданная и, тем самым все более интересная для зрителя. Неведанный до конца, он полон загадочного творческого процесса и механических компонентов странного феномена, который называют художественным талантом. Но одно все же есть – у свидетелей рождения сценических творений Гурама Сагарадзе невольно создается впечатление, как будто профессионализм его прирожденный, а сценическая культура относится к личным особенностям актера. Сложно не разделить глубокую веру Гурама Сагарадзе  то, что пройденная им школа у трех мастеров – Дмитрия Алексидзе, Михаила Туманишвили и Малико Мревлишвили - гармонично сочетается в их ученике, ежедневно совершенствуется и развивается.

       Та естественная грань, которая разделяет театр и жизнь, как будто теряет четкость для Гурама Сагарадзе. В то же время, не повседневная жизнь вмешивается на сцену, со всем своим разнообразием мелочей, а как бы сам театр входит в жизнь, со всеми своими законами.

 Сегодня стало признанной истиной то мнение, что поколение Гурама Сагарадзе совершило перелом в грузинском театре, установило новый сценический язык, затронуло таинственный внутренний мир зрителя, поставило целью разбудить его разум, взбодрить его дух. Тогда, на протяжении многих лет преобладающие страх и ложь, заменялись на что-то новое - сама правда, которая, хоть и гомеопатическими дозами, но все же медленно исследовала пути человеческой души. Именно в такое время, это поколение актеров оказалось лицом к лицу со зрителем и раскрыло перед ними свое мнение о жизни, не публицистической формой и плакатными методами, а содержащими внутренние слои спектаклями, заставляющими задуматься и лишенными внешней эффективности. Дальнейшая творческая жизнь актеров этого поколения сложилась по-разному.

Из года в год, в творчестве Гурама Сагарадзе, начали все более ярко выделяться четкие театральные формы и очевидное стремление к проявлению сценической благости. Но, не бесследно прошли те годы, когда главным для него было психологическое правдоподобие. И отличное знание основ своей профессии стало в дальнейшем неким гарантом избавления от однообразия. Это было предпосылкой того, что в спектаклях разного стиля и жанра, в разных условиях режиссерских поисков, художественная палитра актера будет охватывать много цветов, что он сможет привести любую схему в действие, благодаря ярким и выразительным деталям и, в конце концов, сформируется в актера с очень широким диапазоном.

Впервые Гурам Сагарадзе появился в восстановленном спектакле «IN TIRANNOS». Далее, благодаря ему, родилось множество сценических героев. В том числе Сосо («Человек рождается однажды» О.Иоселиани), безгранично искренний Милан Стибор (Когда такая любовь» П.Когоут), изысканный Тесей («Сон в летнюю ночь» У.Шекспир), Хейли («Сейлемский процесс» А.Миллер), Шу Фу («Добрый человек из Сечуана» Б.Брехт), Чеишвили («Обвинительное заключение» Н.Думбадзе), Уча («Роль для начинающей актрисы» Т.Чиладзе)... И, естественно, три роли, исполненные в спектакле «Кавказский меловой круг» в разной степени, возможно, с разной силой, по-своему подтверждают эту сторону художественной манеры Гурама Сагарадзе. Способность раскрыть внутреннюю драму событий читалась в его шуте («Король Лир» постановка М.Туманишвили), сильное личностное начало, в форме исповеди было проявлено в его Миндии («Поедатель змей» К.Гамсахурдия), и в сценическом существовании Тома («Стеклянный зверинец» Т.Уильямс). Строгостью средств выражения и неким сценическим аристократизмом полон его Юлий Цезарь («Юлий Цезарь» У.Шекспир).     

И правда, насколько разные, перечисленные выше, сценические лица в его исполнении, созданные разным способами, и каждая из них преподносит актера в разных ракурсах. Какую бы роль не играл Гурам Сагарадзе, одно всегда чувствуется – в театральной душевности его привлекает эффект особенной неожиданности.

Кажется, что ничего не стоит Гураму Сагарадзе освоение художественного мира отдельного спектакля. Значительно облегчает этот процесс способность чувствовать форму спектакля, его целостность. Именно ради целостности спектакля ему часто приходится контролировать свой темперамент, даже в суровых условиях драматического конфликта. Но свободу актерского темперамента он приобретает в других областях своей творческой жизни. Актера, который в течене многих лет работает над словом, выносит его на эстраду, часто ожидает некоторый риск во время работы над театральным лицами, которые, очевидно, формируются по различным законам, где слово любым способом не должно затеснять действия. Но героям Гурама Сагарадзе не угрожает статичность. Получается наоборот, во время чтения стихотворения, он ищет и находит своеобразную драматургию, скрытые конфликты, обогащает процесс чтения не внешней театральностью, а внутренним действием. Разнообразием интонаций, наряду с музыкальной интуицией, это составляет его творческую манеру, как мастера чтения. Наверное, никто не читает «Витязя в тигровой шкуре» так, как Гурам Сагарадзе. Трудно представить человека, которого не взволнует, прочитанный им «Меранпи», Илиа, Акаки, Важа Пшавела, Лермонтов, Саят-Нова, Шандор Петефи и, естественно, Галактион, заряженный таким внутренним драматизмом.

Перевод – Ани Чибошвили

Read More →

I want them to say: "how come that all this does not appear to be any similar to his performances in any ways?!"

Robbert Sturua 

I have nothing depreciated along my life. I have maintained everything, the way I was, everything I believed in. May be something has changed and even that in moderateness of opportunities. I am not able to change all the way around, I mean directing my plays. But I am trying  to include everything that is so attractive into the performance to be amusing. This is simply very important, inevitable. We go to the theatre to see something new. When we go on an exhibition we are happy to guess an artist like: Oh, is this Matisse, this is Gogoladze or this one is Gudiashvilis work… unfortunately if this happens in theatre this will be a fiasco , when a viewer comes and says: Oh, is this Erosi or this must be Ramazi… the viewer must not be able to guess the artist. As soon as the viewer guesses theatre loses it’s charm and I’d like to say, it loses its magic. The same about the performances. People say: “Sturua’s play, Sturua’s play…” it is no pleasure for me, I want them say: “how come that all this does not appear to be any similar to his performances in any ways?!"

I can direct million times the play as “Maria Callas”  and I’m sure I’m the most realistic director in Georgia. Fortunately or not, primitive critics perceive “Maria Callas” in the different way, there is some magic that goes beyond reality.

Now we are working on Polikarpe Kakabadze’s piece. We don’t know yet if we show it to the viewer because it is difficult work to do, to direct and to play. We will try… I changed the revolution with the transfiguration. The word itself reacts to the audience so much that the actors had been "pumped" to the Soviet Plays. Commissar… As you know there were many heroines that took part in revolutions. They were quite horrible types. The Soviet drama took care of this issue well. And what about the transfiguration it can’t be passive – once Our Savior went on a mountain, transfigured, no one knows what happened there. But his pupils guessed that they had business with not just a human. A human’s son at the same time is God’s son too. May be this was their first such feeling. They’ve been changing the nation for nine years but fortunately they couldn’t.  However, we have left debris of the curved mirror as in Andersen’s story, that shattered as gnomes’ mirror and the pieces hit many in heart, many of them in someone’s head and people became evil with heart, with brain or with eye… that’s why better for the nation is to maintenance that basic belief and traditions which it had several thousand…  

                                                                                                         

                                                                                        Translated by Tatia Tukhashvili

Read More →

Овечий источник (Первый грузинский советский спектакль)

(Шалва Мачавариани – материалы из музея театра им. Ш.Руставели)

   Спектакль Коте Марджанишвили «Овечий источник» (Лопе де Вега «Фуэнте овехуна»), поставленный на сцене киевского театра имени Ленина, действительно был первым советским спектаклем, который породил революционное слово в драматическом театре. Отражая социальную справедливость из испанской трагедии, К.Марджанишвили создал революционный пафос, который был полон красоты, жизни и радости. Известный режиссер Г.Крижицкий писал: «Это была истинно «оптимистическая трагедия», это был политический театр, в прямом смысле слова».

28 сентября 1922 года состоялась первая встреча К.Марджанишвили с труппой театра им. Ш.Руставели. Как мы узнаем из дневника репетиций, на первой репетиции, кроме К.Марджанишвили, еще присутствовали режиссеры: К.Андроникашвили, М.Корели, А.Цуцунава и руководитель театра Д.Чхеидзе. Они также распределяли роли актеров.     

     

 Коте Марджанишвили никогда не предавал свои эстетические принципы, спектакль был продуман как праздник, в знак победы над тиранами и всплеснул эту трагедию Лопе де Веги светотенью и резкими контрастными ситуациями.

Марджанишвили изумлял участников даже на репетициях «Овечьего источника». «Переход с беззаботных радостных сцен на драматические сцены... Затем сцены, полные народным юмором, жизнерадостностью и кульминационные, трагические сцены -  монолог страдающей Лауренции, во главе которой, женщины вошли во дворец Конандора, поражение Тарвалов...» - это было празднование ощущения свободы, когда человек может ощутить радость – счастье, обретенное сражением.

Среди криков восхищения, со второго яруса, послышался оглушительный  голос Паоло Иашвили, обращавшегося к зрителю: «...Великий мастер – Коте Марджанишвили, подобно Прометею, похитил у муз горы Олимп огонь, и разжег такой огонь, что никому теперь не под силу его погасить...»

Волей-неволей после премьеры состоялся стихийный митинг. Кроме И.Гришашвили и П.Иашвили, к Коте Марджанишвили обратился Акаки Васадзе, который, от имени актеров, попросил его остаться в коллективе театра им. Ш.Руставели и работать для возрождения и процветания грузинского театра. Он еще больше восхитил зрителя, присутствовавшего на премьере, своим согласием работать в грузинском театре.

Посте постановки «Овечьего источника», театр им. Ш.Руставлеи и правда предстал перед зрителем, как единый художественный коллектив.

«Овечий источник», своей предельной театральностью и оптимизмом стал созданием синтезного спектакля на грузинской сцене. В спектакле, с одинаковой силой, были представлены все, входящие в него элементы: художественность, музыка, слово, танец, песня, движение, жест, все это было гармонично скомпоновано. Молодые актеры оставляли в этом спектакле впечатление, будто они вооружены огромной сценической техникой.

«Овечий источник» был первым спектаклем, с помощью которого грузинская академическая драма шагнула в сторону развития советского театра. Этот спектакль поспособствовал процветанию грузинского советского драматического театра и его дальнейшему развитию.

Перевод – Ани Чибошвили

Read More →

„Когда такая любовь...“

(А.Цулукидзе. Газета «Коммунист», 4 октября, 1959г. N232)

Нельзя сказать, что спектакль Театра им. Ш.Руставели «Когда такая любовь...» вызвал в зрителе лишь одностороннюю реакцию и оценку. Горячий спор вызвала проблематика пьесы и форма спектакля.

... Намеренно или ненамеренно, но почти каждый герой пьесы задействован в случившейся катастрофе, но их действия не подлежат юридическому кодексу и поэтому остаются безнаказанными.  

Глубокими человеческими чувствами и болью пропитана пьеса современного чешского драматурга Павла Когута «Когда такая любовь...». Наиболее остро поставлена в пьесе тема любви и бракосочетания; при открытии ее замысловатых петлей выявляется человеческая сила и слабость, достоинства и корысть, эгоизм и самоотверженность.    

На первый взгляд, необычная и весьма условная форма у этого всего – у пьесы, у спектакля. Вся драматургия основана на «прыжках во времени» - из настоящего в прошлое, из прошлого в настоящее, и более того: человек выходит на сцену даже после своей смерти – происходит осуждение его действий (условно используется форма судебного расследования). Эти скачки во времени создают драматургическю ось пьесы, но эта весьма условная форма пьесы создает для театр определенную опасность: малейшая неубедительность и все это может стать ужасной ложью. Режиссер Михаил Туманишвили с огромной творческой смелостью, вместе с этим, с подлинной художественной деликатностью объединяет в спектакле содержательно-эмоциональную сторону и сложные составные компоненты, синтезирует их в один фокус. Поиск острых сценических форм всегда было характерной чертой постановок М.Туманишвили; в этой постановке режиссер сделал акцент на вглядывание «в глубь» человека. Тут, четко выявленные режиссерские наброски, ничуть не ограничивают актерское творчество, и между ними возникает редкая гармония. Это представление, в жизни грузинского театра, является важным примером в установлении смелого творческого поиска и современных театральных форм.

Представление развивается с непривычной напряженностью и все его компоненты направлены на раскрытие ключевых моментов. Мизансцены отображают смесь художественности и глубины, в большинстве из которых видна рука великого художника.

Трудно в этом спектакле отделит художника от режиссера, настолько их функции взаимно обусловлены. Дмитрий Тавадзе удивительно чувствует сценический рельеф и достигает огромного эффекта, с помощью совершенно простых средств. Надо отметить, что художник силен именно в таких спектаклях, которые определены обычными театральными возможностями.

В ходе пьесы и спектакля решающую роль играет мужчина, в черной накидке, который является мудрым комментатором всех происходящих на сцене драм и перипетий, «судья совести» и носитель гуманистической тенденции автора. Народный артист Советского Союза Серго Закариад, отказавшись от вида «холодного судьи» и летописца, исполняет роль, с высшей эмоциональной напряженностью, его «судья совести»  сильно держится за бразды жизни героев и выносит на свет их сильные и слабые стороны. С редкой эффективностью подобраны, в ходе действия, режиссером и актером «пункты наблюдателя»; вовремя и тактично занимает С.Закариадзе центр сцены, и так же  вовремя освобождает место действия для главных актеров.

При всех наших убеждениях, мы еще не видели такой могущественной Саломе Канчели, Медеи Чахава, Гурама Сагарадзе, Бадри Кобахидзе, Рамаза Чхиквадзе. Чистотой, жизнерадостностью, целостностью в решении и смелостью характеризуется роль Лиды Матисовой, исполненной  М.Чахава.

Более сильная, лаконичная и личностная Саломе Канчели в роли Лиды Патрусовой. Ее внешнее умение держать себя в руках (для которой у актрисы найдена великолепная форма) глубоко чувствуется в тихих болях, которые проявляются при бытии самой с собой – во время беседы с мужчиной в черной накидке. Талантливая актриса показала истинное мастерство.

Идеален Бадри Кобахидзе в роли Вацлава Карла. В выражении этого расслабленного, устрашенного и флегматичного характера, Б.Кобахидзе нашел настоящий, оригинальный штрих: его реакция ленивая  запоздалая на все.

На концепцию постановки отвечает Стиборова Тамары Тархнишвили, которая показывает лицо матери, честно и эгоистично любящей своего ребенка.

С легким юмором и с чувством ритма спектакля исполняют свои роли К.Саканделидзе (Тошек), Л.Ткавадзе (Грабетова), Р.Чхаидзе (официант).

Это талантливое и гуманистическое детище П.Когута ставит многосторонне интересную проблему своим содержанием и формой. Театр им. Ш.Руставели прекрасно раскрыл идею пьесы, нашел в ней блеск.

Перевод – Ани Чибошвили

Read More →

Мастерская Гоги Алекси-Месхишвили

В Театре им. Ш.Руставели основана моя мастерская, при финансировании Министерства Культуры. Я объявил конкурс, который прошел в два этапа. Конкурс был достаточно большой, несмотря на то, что лето жаркое и в городе почти никого нет. Были проведены два тура, в 1 туре было собеседование, осмотр и разбор работ абитуриентов. У перешедших во второй тур была неделя для выполнения задания. Мы проанализировали их работы со всеми индивидуально, исходя их чего, я отобрал и зачислил пять студентов. Так же было несколько очень хороших абитуриентов, которых, по различным причинам я не смог зачислить (работа, учеба, семья), и я позволил им быть свободными слушателями.

Прием документов продлится до ноября и, после 10 ноября, мы начнем вторые экзамены. Осталось пять мест, я постараюсь заполнить эти места, если же нет, то просто группа будет меньше.

Любой человек, до 35 лет, может подать документы. Профессия очень сложная и групповая, которая связана с режиссурой, различными театральными специальностями и, я считаю, что вступать в этот проект после 35 лет уже поздно.

Хочу, чтоб группа была одного уровня, чтоб они чуть больше понимали эту профессию, чтоб не нужно было обучать азам. Те, кого я принял уже имеют некий опыт. Когда я говорю об опыте, я не обязательно имею в виду театр, это может быть любой вид искусства.

Процесс обучения продлится два года, учеба будет бесплатной. Будет изучаться работа в трехмерном измерении и рисование, черчение, работа с моделью, технический театр, работа над бюджетом. В год будет осуществляться 5-6, а может и больше, проектов. Надеюсь, они станут профессионалами, после окончания учебы и смогут работать, в том числе и за границей. Не обязательно, чтоб они работали в театре, они смогут пойти в кино и куда-нибудь еще. Будет выбраны такие проекты, чтоб они изучили специфику, как оперного драматического театра, так и других. Уже подобраны педагоги и, я очень надеюсь, что эта мастерская подарит нашей стране настоящих профессионалов.

Перевод – Ани Чибошвили

Read More →

გოგი ალექსი-მესხიშვილის სახელოსნო

 რუსთაველის თეატრთან, კულტურის სამინისტროს დაფინანსებით, ჩემი სახელოსნო დაარსდა. გამოვაცხადეთ კონკურსი, რომელიც ორ ეტპად ჩატარდა. კონკურსი საკმაოდ დიდი იყო იმის მიუხედავად, რომ ცხელი ზაფხულია და ქალაქში თითქმის აღარავინ დარჩა. ჩატარდა ორი ტური, I ტურში იყო გასაუბრება, აბიტურიენტების ნამუშევრების ნახვა და გარჩევა. II ტურში გასულებს ჰქონდათ 1 კვირა დავალების შესასრულებლად. ყველასთან სათითაოდ ინდივიდუალურად მიდიოდა გაანალიზება თავიანთი ნამუშევრების, რის ნიადაგზეც 5 სტუდენტი იქნა ჩარიცხული. ასევე იყო რამდენიმე ძალიან კარგი აბიტურიენტი, რომლებსაც სხვადასხვა მიზეზის გამო ვერ ავიყვანდი (სამსახური, სწავლა, ოჯახი) და დავუშვი თავისუფალ მსმენელად.

     ნოემბრამდე გაგრძელდება საბუთების მიღება და 10 ნოემბრიდან დავიწყებ მეორე გამოცდას. 5 ადგილია დარჩენილი, ვეცდები ეს ადგილები შევავსო, თუ არადა იქნება უფრო პატარა ჯგუფი.

        ნებისმიერ ადამიანს შეუძლია შემოიტანოს განაცხადი 35წლამდე.

  პროფესია არის ძალიან რთული და გუნდური, რომელიც დაკავშირებულია რეჟისურასთან, თეატრის სხვადასხვა სპეციალობასთან და ვთვლი 35 წლის ადამიანისთვის ამ პროექტში ჩართვა დაგვიანებულია.

     მინდა, რომ ჯგუფი იყოს ერთი დონის, ცოტა მეტი ესმოდეს ამ პროფესიის, რომ არ დამჭირდეს ანბანის სწავლება. ვინც ავიყვანე, მათ უკვე რაღაც გამოცდილება აქვთ. როცა ვსაუბრობ გამოცდილებაზე არ არის აუცილებელი ეხებოდეს უშუალოდ თეატრს, ეს შეიძლება იყოს ხელოვნების ნებისმიერი დარგი.

    სწავლის პროცესი არის ორ წლიანი, არის უფასო. ისწავლება სამ განზომილებაში მუშაობა და ხატვა, ხაზვა, მოდელთან მუშაობა, ტექნიკური თეატრი, ბიუჯეტზე მუშაობა. წელიწადში გვექნება 5-6, შეიძლება უფრო მეტი პროექტი განსახორციელებელი. როცა დაამთავრებენ, იმედია იქნებიან პროფესიონალები და შეძლებენ საზღვარგარეთაც მუშაობას. არ არის აუცილებელი იმუშაონ თეატრში, შეიძლება წავიდნენ კინოში და სხვაგან. პროექტები იქნება ისეთი არჩეული, რომ გაიარონ სპეციფიკა როგორც ოპერის დრამატული თეატრის, ასევე სხვების. უკვე არჩეულები არიან პედაგოგები და დიდი იმედი მაქვს, რომ ჩვენ ქვეყანას ეს სახელოსნო ბევრ პროფესიონალს შესძენს.

Read More →